Выходит

Выходит, уже тогда у него возникла дерзкая мысль подобраться к ступеням трона? Думаю, что нет. Пугачев просто пошутил в компании станичников. И казаки встретили шутку смехом. Можно сказать даже, что он случайно втянулся в водоворот последующих грозных событий. Все определила ситуация и склонность Емельяна к импровизации, игре, авантюре. А также понимание, что «полковники и ротмистры совсем уже не так с казаками поступают» и «по всей России чернь бедная терпит великие обиды и разорения». Правда, и до него было немало самозванцев, выдававших себя за Петра III, но все они, кнутом битые, каленым железом меченные, безвестно сгинули в снегах и лесах Севера и Сибири. Наш же герой вошел в сознание народа как «великий государь», а в историю — как предводитель, вождь восстания. Талантлив был необыкновенно, оттого и получалось у него лучше, чем у других.

Надоела Емельяну служба царская. К тому же «весьма заболел — гнили грудь и ноги», сил почти не осталось: пика казалась тяжелой, саблю уже не мог занести за плечо, тем более развалить противника до седла, как бывало раньше. Командир отпустил хворого для лечения в Черкасск. В госпиталь лечь отказался. Стал просить об отставке — не дали. Возникла мысль — бежать. С этого все и началось. А получи Пугачев отставку, не вышел бы из него «великий государь». Да и история России могла бы принять совсем другой вид: на многое повлиял раздутый им пожар — на политику правительства, литературу, общественную мысль, дела и поступки людей.

Из Черкасска Пугачев поехал в Таганрог навестить сестру Федосью Ивановну, проживавшую там с мужем-пруссаком, неведомо каким ветром занесенным на Дон. За столом разговорились. Зять Симон Никитич Павлов начал жаловаться:

Вскоре после твоего ухода на войну с турками отправили нас на постоянное жительство в Таганрог. Старшин здесь нет. Командуют нами ротмистры регулярные по своему разумению. Служба несносная, поэтому многие казаки находятся в бегах. Да и я на все готов. Товарищи мои — тоже. Но не знаем, куда податься. В Россию? — поймают. В Запорожскую Сечь? — без жены нельзя, а с ней и там схватят. В Прусь, на родину? — не попадешь, далеко.

Comments are closed.

Post Navigation