Вопреки давлению Германии

Вопреки давлению Германии, Венгрии удалось аннексировать некоторые территории у Румынии, которая, в результате довольно искусно проведенной игры на вскрывшихся между державами Четверного союза противоречиях, компенсировала себя выходом к Черному морю и захватом Бессарабии. И Германия и Австро-Венгрия санкционировали этот захват, и, таким образом, жертвой Бухарестского мира, подписанного 7 мая 1918 г., но никогда не ратифицированного, в виду вскоре последовавшего выпадения Болгарии из ряда Четверного союза, оказались интересы Советской России.

Германское высшее военное командование не ошиблось, когда оценивало Брестский и Бухарестский мир, как мир вооруженный, и считалось с возможностью возникновения восточного фронта, тем более для держав Центральной Европы опасного, что на западе концентрировался ударный кулак для решительного наступления. Действительно, Антанта всячески пыталась восстановить восточный фронт, а советское правительство, в поисках -противодействия агрессивности германского империализма, вступило с неофициальным американским агентом в переговоры, не давшие, однако, реальных результатов. Именно в этой связи и следует, вероятно, понимать приветственную телеграмму Вильсона, полученную Четвертым Всероссийским чрезвычайным съездом советов. Брестский договор 16 марта был ратифицирован этим же съездом, а через несколько дней германским рейхстагом.

Не восстановив военного фронта против Германии силами Советской России, Антанта стала пытаться сделать это, опираясь на антисоветские силы. Соперником Антанты в борьбе за эту опору была Германия, которая по отношению к Советской России вела двойственную политику, вытекавшую из позиции германского империализма: с одной стороны, борьба с показательным уроком социальной революции, с другой стороны, желание использовать заманчивые перспективы, открываемые Брестским договором, и, в первую очередь, скорейшее возвращение военнопленных и интернированных немцев, коих можно было бы, в условиях явного истощения человеческого материала, использовать на западном фронте, и получение возможности эксплоатации естественных богатств и сырья Советской России, всего того, в чем Германия ощущала такой острый недостаток в напряженной экономической войне. Эта двойственность политической линии германского империализма внешним образом отозвалась в том, что в то время как граф.

Comments are closed.

Post Navigation