В то же время

В то же время и «верхи», и «низы» неханьских народностей объединяло, пусть в разной мере, стремление противостоять насильственно-ассимиляторской политике, всевозможными средствами осуществлявшейся танскими властями. И не случайно все повстанческие акции «инородцев» возглавлялись родовыми и племенными вождями, будь то старейшины чжуанского рода Хуан, начиная с середины VIII в. не раз «учинявшие бунты» на юге Гуанси, или Чжан Боцзин (? — ок. 813 г.), возглавивший в 811-813 гг. восстание западноху-наньских «варваров»-мань, или Ши Ай, под предводительством которого происходило в середине 50-х годов IX в. восстание южносычуаньских гэлао, и др. Это о таких «инородческих смутьянах» занимавший на исходе VIII в. различные посты в администрации южных регионов империи видный поэт Жун Юй (? — ок. 800 г.) писал, что они «питали склонность устраивать беспорядки и сообща учиняли бунты».

И во второй танской нормативной истории о таких «возмутителях спокойствия» из числа «инородцев» вроде бы вскользь сказано, будто у них «в обычае было любить бунтовать». Наконец, в более поздней книге У Чжэньфана (2-я пол. XVII в.) «Всевозможные заметки о Линнани» (Линнань цза цзи) при всей скудости сведений о яо11 как этносе с его постепенно утверждавшимся в VII и следующих столетиях территориальным ядром на стыке нынешних Гуандуна, Гуанси и Хунани опять-таки отмечено: «при династиях Суй и Тан часто причиняли неприятности». До поры до времени именно такой мотив едва ли не доминировал в информации о яо, а что-либо иное в жизни этих «инородцев» пока тоже не очень-то и занимало современников-китайцев (ханьцев).

Вместе с тем нет надобности и упрощать картину: вполне могло случаться, да не раз и впрямь случалось так, что известная грань преступалась, отчужденность либо даже неприязнь со стороны «инородцев», будь то «верхи» или «низы», в отношении китайцев, тоже независимо от социальной и имущественной принадлежности последних, достигали большой остроты и выливались в открытые конфликты, вплоть до вооруженных. Налицо одно из последствий активизировавшейся при Танах колонизации китайцами исконных территорий неханьских этнических образований. При этом «инородческая» верхушка, чтобы добиться собственных корыстных, узкосословных целей, а вместе с тем завуалировать их, могла ведь и натравливать единоплеменников на китайцев.

Comments are closed.

Post Navigation