Они принимают

Они принимают идиотские решения, ворчал царь, а нам, «солдатам», приходится стрелять и калечить друг друга. Дипломаты лживы, им нельзя доверять.

Поведение русского самодержца, конечно, огорчило Меттерниха. Но он грустил и по другой причине. Князь не смог даже слово сказать герцогине де Саган — она, в сущности, избегала его.

Более того, Меттерних до сих пор не сумел вызволить маленькую Ваву для герцогини, хотя и поклялся сделать это, невзирая ни на какие преграды. Казалось, вот-вот он добьется успеха: месяц назад после удара умер отец девочки Густав Армфельт. Но царь, обещавший содействие, играл в прятки. Во время последней встречи, 15 октября, Александр безапелляционно заявил, что, насколько ему известно, Вава предпочитает оставаться в Финляндии с семьей Армфельта. А после «бала мира» государь стал еще суровее.

Меттерних вцепился в дело высвобождения Вавы (он называл ее «нашим ребенком») так, как утопающий хватается за соломинку. Князь все еще надеялся, что герцогиня вернется к нему, хотя шансов завладеть снова бывшей любовницей у него явно не оставалось. Лишь Вава могла бросить ему последний спасательный круг.

Занятый своими переживаниями, Меттерних не очень понимал Талейрана, пришедшего к нему, чтобы уговорить не поддаваться пруссакам. Меттерних все еще не ответил на предложение Гарденберга поддержать Австрию против России в обмен на уступки в Саксонии. Талейран хотел убедить Меттерниха не соглашаться с Гарденбергом и подготовил, как он думал, весомые аргументы.

Если Меттерних позволит Пруссии захватить Саксонию, то Пруссия отдаст свои польские земли русскому царю. Меттерних тогда пойдет на поводу у русского самодержца. Австрия лишь поспособствует усилению и Пруссии, и России, которые будут угрожать ей. Справедливость, интересы национальной безопасности и элементарное достоинство требуют воспротивиться Пруссии, доказывал француз.

Comments are closed.

Post Navigation