И этот отряд отступил

И этот отряд отступил.

К тому времени на улице осталось не так уж много рабочих. Когда второй отряд полиции ускакал, стали расходиться и демонстранты. Моя квартира была неподалеку от колонии Сегаля. Я уже поднимался по лестнице своего дома, когда снова послышались крики и топот коней. Я поспешил вниз. От моего дома было видно, что большой отряд полицейских — целая сотня — врезался в поредевшую толпу рабочих. Попрежнему летели камни и поленья. Этому отряду удалось все-таки промчаться до казарм Московского полка, в воротах которых он и исчез. Но уже через несколько минут раздался барабанный бой, и на улицу вышла во главе с офицером рота солдат. Улица опустела. Не видно было наших красных флагов, не слышно было революционных песен. Только осколки кирпича на мостовой напоминали о том, чем закончился рабочий праздник.

А утром на заводе шептались об арестах, которые были произведены в квартирах колонии Сегаля. Помнится, полиция схватила и наших двух рабочих из литейного цеха.

Через год с небольшим после смерти моей матери отец снова вступил в брак. Это была уже третья его жена, первые две умерли.

В 1901 году, когда я работал на «Новом Лесснере» и жил на Выборгской стороне, на холостяцкой квартире, умерла мачеха, третья жена моего отца.

Однажды в субботу вечером, вскоре после этого, отец неожиданно приехал ко мне, на Выборгскую сторону. Настроен он был в то время тяжело. Он сказал, что хочет пойти завтра, в воскресенье, в церковь причащаться, и звал меня с собой. Оказалось, он уже записал нас на завтрашний день.

Я до этого причащался один раз. Это было после окончания школы. Помню, как это было торжественно. Все мы, мальчики и девочки, прошедшие конфирмацию и ожидающие первого причастия, были в новых костюмах и платьях. Пастор построил нас по два в ряд.

Comments are closed.

Post Navigation